July 12th, 2018

Лангобарды в Эрмитаже

Ещё один экспонат с выставки лангобардов из Эрмитажа.
Вот как подумаешь, как же мало, как же ничтожно мало, спустя пролетевшие века, остаётся в этом мире от человека.
Она жила, прошла свой жизненный путь,
прошла как сложилось, как получилось,
о чём-то мечтала, к чему-то стремилась, что-то кушала и пила, что-то, возможно читала, чем-то укрывалась на ночь, о чём-то молилась, и перед кем-то исповедовалась…
И, ведь, Рагинтруда была не кто-нибудь, а… Королева.
И вот – века спустя от неё сейчас остался только этот фрагмент древней надгробной плиты, и, как пишут в описании памятника: “О королеве Рагинтруде ничего не известно”.
А сколько же миллионов её современниц и её ровесниц прошли по этой земле, и растворились в Вечности,
и их судьбы были, и прошли, и растаяли, и навсегда исчезли в далёком прошлом, и от них даже имён не сохранили давно исчезнувшие надгробные надписи…

“Есть страшное чудовище, Ахилл, -
Жестокое Забвенье. Собирает
Все подвиги в суму седое Время,
Чтоб их бросать в прожорливую пасть...”

В. Шекспир, «Троил и Крессида», монолог Одиссея.



Фрагмент надгробной плиты королевы Рагинтруды.
Мрамор.
Павия, развалины церкви Санта Мария ин Пертика. Первая половина VIII в.
Павия, городские музеи.

На обрамлении из виноградных лоз ещё остались следы коричневой краски.
Чёрной краской были заполнены выгравированные буквы надписи. Шестистопный стих расположен регулярными рядами, разделёнными горизонтальными линиями красного цвета. Растительные элементы часто используются для обозначения конца стиха. О королеве Рагинтруде ничего не известно. В надписи сказано, что она умерла в юном возрасте, вскоре после того как взошла на престол. Она была предана церкви и её служителям, часто меняла своё царственное облачение на простые одежды, чтобы раздавать пищу нуждающимся. Существует предположение, что она была одной из жён Лиутпранда, или женой его младшего племянника Хильдепранда.

Надпись на плите: … похоронена (в месте упокоения своих предков) Рагинтруда, дабы вспоминали с почтением имя той, которую смерть забрала внезапно из нашей жизни, когда она в цвете своих лет восседала на королевском престоле.
И хотя её краткое правление закончилось, она была украшением с самого начала царствования, которое было даровано ей, почитающей храмы Господни; и священников, служителей церкви почитала она со святым благоговением, пренебрегая платьями из пурпура и диадемами, сама принимая обличие слуги Господней и помогая бедным. Своими руками она предлагала пищу страждущим, скромным одеянием заменяя свои изящные королевские платья. Она одевала нагих… утешала страждущих…
(перевод с латинского Ф.Е. Консолино).